"Это к войне": куда исчезли российские миллиарды из американских облигаций

Практика показывает, что есть три темы, связанные с Москвой, которые вызывают неподдельное внимание, а зачастую и искреннее удивление иностранной финансовой прессы и экспертного сообщества, замечает Иван Данилов.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

Главная загадка, которую периодически пытаются разгадать авторы западной финансовой периодики: почему российская экономика не развалилась, несмотря на беспрецедентные западные санкции? Если так пойдет дальше, то мем про "загадочную российскую экономику" займет в западной ноосфере место рядом с мемом про "загадочную русскую душу", пишет эксперт для РИА Новости.

Еще одна волнующая мир тема — это российские успехи по перехвату контроля над нефтяным картелем ОПЕК, который американцы когда-то создали для продвижения собственных интересов. Сейчас же американские журналисты грустно шутят о том, что ОПЕК пора переименовать в РОПЕК, потому что там теперь рулит Россия, которая (о ужас!) не реагирует на твиты Трампа, требующего немедленно опустить цены на нефть.

"Старшего брата" больше нет. Россия перестала прощать

Нельзя не упомянуть, наконец, тему российского золотого запаса и того упорства, с которым Центральный банк покупает золото для золотовалютных резервов. С учетом того, что по количеству этого металла в собственных запасах Россия уже обогнала даже Китай, западные аналитики подозревают, что эта стратегия — часть усиленной подготовки в коллапсу или радикальному переформатированию мировой монетарной системы, после которого золото будет единственным "финансовым инструментом", не только сохраняющим, но и приумножающим свою ценность.

Очень вероятно, что на прошлой неделе произошли события, которые могут дополнить этот список еще одной острой темой для обсуждения. После публикации последних данных американского Минфина эксперты дружно ищут причины, из-за которых Россия в апреле (это последний месяц, по которому есть данные американского Минфина) избавилась от половины своего портфеля американских государственных облигаций.

В то время как российские любители всего западного радостно потирают руки и высказываются в стиле "вот видите, рынок даже не заметил ликвидации половины российского портфеля", другие сухо отмечают, что эта самая ликвидация подозрительно совпала с падением цен на американские облигации, то есть рынок все заметил, но смог переварить продажу облигаций на 47,4 миллиарда долларов.

Некоторые отечественные СМИ подчеркивают, что американский Минфин не дает разбивки по статусу владельцев облигаций, указывая только их общую сумму по каждой стране, и намекают на то, что, возможно, не все продажи пришлись на долю российского Центрального банка. Однако есть основания полагать, что весь или почти весь объем продаж пришелся именно на долю российского ЦБ, а не каких-то других российских держателей облигаций. Судя по статистике Федрезерва США, именно в апреле этого года случилось падение количества облигаций, которые иностранные центральные банки держат на счетах Федрезерва. Это можно считать косвенным, но сильным доказательством того, что произошла именно ликвидация половины государственного российского портфеля американских облигаций.

Самое интересное в этой истории — то, что долларовая оценка российских золотовалютных резервов за апрель увеличилась на 1,3 миллиарда. То есть версии о том, что облигации были проданы для срочного латания какой-то финансовой дыры, — абсолютно несостоятельны. Американские бонды были проданы, а полученные средства — вложены в какие-то другие активы.

Зачем Америка подставила Израиль

Центральный банк публикует свои отчеты по управлению резервами с большим временным лагом, и точный ответ на то, в какие активы инвестированы полученные доллары, мы узнаем примерно через полгода, но уже сейчас можно рассмотреть несколько возможных версий.

Самый консервативный сценарий: сброс американских облигаций (возможно, даже полный, так как данных за май еще нет) сделан исключительно для того, чтобы минимизировать риск их конфискации в рамках американских санкций. Конечно, попытка конфисковать (или "заморозить") российский портфель американских облигаций нанесла бы колоссальный ущерб американским финансовым рынкам и способности Минфина США занимать деньги для покрытия увеличивающегося бюджетного дефицита. Но администрация Трампа уже неоднократно продемонстрировала определенное презрение к здравому смыслу и долгосрочному риск-менеджменту, так что с этой точки зрения ликвидация части или всего портфеля американских облигаций была оправданной.

Если она выступает только как защитная мера, то на балансе ЦБ появятся другие долларовые активы, но, скорее всего, хранящиеся вне американской юрисдикции, возможно, управляемые через какую-нибудь "прокладку" вроде европейской клиринговой системы Euroclear. Альтернативный вариант: ЦБ вложился в долларовые финансовые инструменты, выпущенные неамериканскими эмитентами, однако найти столь значительный объем "неамериканских" долларовых инструментов — довольно проблематично.

В соцсетях и СМИ обсуждают версию о том, что деньги от продажи американских облигаций ушли на поддержку пострадавшего от санкций "Русала", а конкретно — на выкуп его долларовых долговых обязательств, но здесь есть математическая проблема. Для выкупа даже всех имеющихся долгов "Русала" не нужно было продавать американских облигаций на 47 миллиардов долларов, так как на это с лихвой хватило бы 8,5 миллиарда. Кстати, в качестве инвестиции или формы "мягкой национализации" такую схему можно было бы рассматривать, но в данном случае явно наблюдается нечто более масштабное по своей задумке.

Это не новая экономическая война. Это новый мир

Наиболее же радикальный и наименее вероятный сценарий: соотношение валют в российских золотовалютных резервах подверглось серьезному пересмотру, а долю долларовых активов существенно сократили за счет продажи американских облигаций и покупки ценных бумаг в других валютах — скорее всего, в евро. Именно такой сценарий представляет наибольший интерес с точки зрения западных аналитиков, некоторые из которых видят в этих российских финансовых маневрах репетицию аналогичных действий со стороны КНР.

Такие перспективы становятся вдвойне интересными в контексте очевидного провала американо-китайских переговоров по предотвращению торговой войны, в которой китайский портфель американских облигаций вполне может использоваться как финансовый эквивалент ядерного оружия. Если у Москвы есть подозрения или уверенность в том, что Пекин пойдет на столь радикальные меры, то быстрая продажа российского пакета американских облигаций — это способ вернуть свои деньги до того, как КНР нанесет удар по американскому финансовому рынку. Если именно этим объясняются столь радикальные действия ЦБ, то можно лишь порадоваться его дальновидности и надеяться на то, что наиболее тяжелые последствия мировой торговой войны в формате "все против всех" все-таки обойдут нас стороной.