Шенген закрывается: что будет с европейскими границами

Пять лет назад, 13 ноября 2015-го, Париж пережил один из самых кровавых терактов в истории: прогремели взрывы возле стадиона "Стад де Франс", расстреляли посетителей ресторанов и зрителей в концертном зале "Батаклан". Недавно в стране случились еще две атаки.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

СУХУМ, 14 ноя - Sputnik. Одна из причин трагедий, по мнению европейских лидеров, — ненадежность границ. Шенгенскую зону намерены реформировать. Как именно, читайте в материале Софьи Мельничук для РИА Новости.

Борьба с честью

"Новый, крайне опасный тренд". Что означают теракты в Европе

Символ европейской интеграции, пространство свободного передвижения без границ — за 35 лет существования Шенгенской зоны европейцам так и не удалось сделать ее защищенной. "Настало время реформ", — заявил ‌президент Франции Эммануэль‌ ‌Макрон‌ ‌‌после‌ ‌встречи‌ ‌с‌ ‌австрийским‌ ‌канцлером‌ ‌Себастьяном‌ ‌Курцем.

Ужесточить‌ ‌погранконтроль‌ ‌и‌ ‌меры‌ ‌безопасности‌ ‌нужно‌ ‌не‌ ‌только‌ ‌на‌ ‌внешних‌ ‌рубежах,‌ ‌но‌ ‌и‌ ‌внутри‌.‌ Нелегальные перевозчики, криминальные банды, мигранты из стран, где нет войн, злоупотребляют правом на получение статуса беженца, считает лидер Пятой республики. "Угроза‌ ‌терроризма‌ ‌нависает‌ ‌над‌ ‌всей‌ ‌Европой.‌ ‌Мы‌ ‌должны‌ ‌ответить",‌ ‌—‌ призывает Макрон.‌ ‌ ‌

С ним согласны и‌ ‌другие‌ ‌европейские‌ ‌лидеры.‌ Курца‌ ‌и Макрона‌, которые лично встречались ‌в ‌Елисейском‌ ‌дворце, в онлайн-формате поддержали ‌канцлер‌ ‌Германии‌ ‌Ангела‌ ‌Меркель,‌ председатель ‌Европейского‌ ‌совета‌ ‌Шарль‌ ‌Мишель,‌ ‌глава‌ ‌Еврокомиссии‌ ‌Урсула‌ ‌фон‌ ‌дер‌ ‌Ляйен и представители‌ ‌других‌ ‌стран‌ ‌ЕС.‌
Себастьян Курц ‌выступил‌ ‌за‌ ‌создание‌ ‌единого‌ ‌плана‌ ‌по‌ ‌противодействию‌ ‌иностранным‌ ‌боевикам. "Среди нас — ‌тысячи иностранных террористов, воевавших на стороне "Исламского государства"* в Сирии и Ираке, — подчеркнул глава австрийского правительства. — А это тикающие бомбы".

Ангела Меркель‌ ‌указала: ‌критически‌ ‌важно ‌понимать,‌ ‌кто‌ ‌въезжает ‌и‌‌ ‌выезжает‌ ‌из‌ ‌Шенгенской зоны. Недавние теракты во Франции и Австрии — "атаки на свободное европейское общество и образ жизни". Но речь не о противостоянии христианства и ислама, а о необходимости дать отпор недемократическому поведению и террору. "Что мы и делаем с честью и силой", — добавила канцлер. Она также выступила за сотрудничество с мусульманскими странами и организациями в борьбе с радикальными течениями.

Звучали и другие предложения: установить более жесткий контроль за интернет-платформами, создать специальный орган, который отслеживал бы деятельность имамов, наладить эффективную систему депортации мигрантов, преступников и предполагаемых экстремистов.

Радикалы в действии

В октябре Францию потрясло жестокое убийство учителя Самюэля Пати. Эммануэль Макрон обратился к нации с осуждением радикальных действий и обещанием поддерживать свободу слова. Угрозы посыпались уже в адрес самого президента. Спустя несколько дней в Ницце случился еще один теракт — и тоже показательно жестокий. Последовали нападения в Вене — возможно, и не связанные напрямую с французскими событиями.

Теракт в Ницце. Как Франция проигрывает войну с терроризмом

"Важно понимать, что радикализация венского нападавшего, чья личность установлена, не проходила в рамках исламистского подполья: это следствие саморадикализации", — объясняет Александр Дубови, научный координатор Центра евразийских исследований Венского университета, научный директор венского Института политики безопасности.

А это, по его мнению, уже относительно новый и крайне опасный феномен. "Люди, в первую очередь молодежь, без всякого внешнего воздействия или вербовки начинают интересоваться радикальными и экстремистскими идеологиями, ищут информацию в интернете. Непосредственно активная вербовка происходит на более поздних этапах. В последние годы рост саморадикализации отмечают во многих странах Европы".

Теперь главам европейских государств предстоит встретиться в декабре на саммите ЕС и обсудить следующие шаги по борьбе с терроризмом. СМИ со ссылкой на неназванные источники писали о намерении улучшить систему обмена разведывательной информацией и усилить агентство Евросоюза по безопасности внешних границ — Frontex.

Полномочия структуры уже расширяли после начала так называемого мигрантского кризиса. В 2016-м появилась служба пограничной береговой охраны: многие нелегальные приезжие попадают в страну именно через Средиземное море.

Важное направление реформ — работа с потоками беженцев. К пересмотру процедур призывают с 2011 года, однако компромисса так и не достигли. В очередной раз за дело взялись в сентябре этого года. Но единства по этому вопросу нет, что стало очевидно после того, как в сентябре пожар уничтожил мигрантский лагерь Мория в Греции.

Там жили 12 тысяч беженцев. По полторы тысячи человек и 150 детей без родственников приняли Германия и Франция. Нидерланды согласились на сотню, но заявили, что эти люди пойдут в счет квоты, а значит, из других мест страна примет на сотню людей меньше. Финляндия приютила двенадцать детей без родственников. Остальные 23 члена ЕС проигнорировали призыв или отказались.

Выполнить квоты по приему беженцев, установленные в 2015-м, за отведенное время года большинству стран также не удалось.

Франция выступает за пересмотр подхода к интеграции приезжих. План включает в себя предложения финансировать религиозное образование в мусульманских сообществах, обучать мигрантов языку страны проживания. С 2010 года за счет беженцев население ЕС, исповедующее ислам, стабильно растет. С нынешних 4,9 процента, по прогнозам, к середине века оно достигнет 7,4 процента.

Линдер: нелегалы будут разъедать Евросоюз изнутри, как ржавчина

Во Франции, Нидерландах, Испании, Австрии формируются мусульманские партии. Некоторые из них продвигают радикальные взгляды, которые процветают в закрытых комьюнити, отмечали в Европарламенте.

Александр Дубови обращает внимание на проблему политического ислама, для которого религия — источник политической идентичности. "Теракт в Вене, как и исламистский терроризм в целом, — следствие конфликта политического ислама и современного секулярного государства западного типа, — рассказывает эксперт. — В Европе такой конфликт будет усугубляться из-за притока мигрантов и плохо работающих инструментов интеграции".

Пограничный вопрос

В ближайшем будущем страны, возможно, расширят права на отслеживание собственных рубежей. Внутри Шенгенской зоны преступники перемещаются свободно: подозреваемых по делу о терактах в Вене нашли в Швейцарии. В ЕС признают — такой режим наносит ущерб безопасности, но раньше с этим боролись усилением контроля внешних границ зоны.

Для участников шенгенских соглашений вопрос управления национальными границами важен с точки зрения сохранения суверенитета. А в нынешних условиях это сложная задача, подчеркивает Наталья Еремина, доктор политических наук, профессор СПбГУ.

"Миграционный кризис, угрозы безопасности, коронавирус протестировали шенгенские соглашения на прочность, — говорит она. — Как выяснилось, в данном вопросе требуется более высокая степень интеграции с одновременным повышением значимости наднациональных институтов".

"Кроме того, нужно укрепить сотрудничество в сфере безопасности и обмена данными, создать общую эффективно работающую базу данных со всей возможной информацией, собранной в одном месте и доступной всем участникам. Для этого нужны эксперты-инспекторы", — перечисляет Еремина.

В ЕС уже действует Европейская система информации о судимости (ECRIS). Однако не решен вопрос о поиске и депортации нелегалов, потенциальных преступников и экстремистов. Спецслужбы Словакии знали, что ликвидированный нападавший в Вене покупал в стране оружие, о чем предупредили австрийских коллег. Однако информация не поступила вовремя, и предотвратить трагедию не смогли. Глава МВД Австрии признал: в системе обмена данными произошел сбой.

Даже если страны договорятся о регулировании границ и проведут реформу приема мигрантов, останется проблема политического ислама. И здесь компромиссы придется искать уже с учетом мнения бывших беженцев и их потомства.

* Террористическая организация, запрещена в России.