Преследование Латвией российских СМИ как вопль о помощи

Самое любопытное в истории с запретом въезда в Латвию Владимира Соловьева — подчеркнуто фейковый повод, выбранный властями страны.
Подписывайтесь на Sputnik в Дзен

А конкретно — якобы "прославление нацизма" российским журналистом, рассуждает колумнист РИА Новости Ирина Алкснис.

Задействуем международные механизмы: Лавров прокомментировал дело латвийских журналистов

В своей авторской передаче, вышедшей в эфир 15 февраля, Соловьев обсуждал Алексея Навального, который, по его мнению, не заслуживает уважения.

Он напомнил про "бескомпромиссно смелого" немецкого диверсанта Отто Скорцени, который, несмотря на свою личную храбрость, "не переставал быть нацистским преступником".

Также, по словам журналиста, "очень смелым человеком" был и Адольф Гитлер, который "воевал доблестно во время Первой мировой войны".

В общем, в передаче была озвучена вполне очевидная мысль, что человека необходимо оценивать по совокупности его деятельности и личных качеств: даже у исчадия ада могут быть личные качества, считающиеся похвальными у нормальных людей. Но это не может служить тому оправданием.

Любая попытка представить подобную точку зрения апологией зла выдает либо глубокую инфантильность, либо политическую ангажированность, либо просто глупость критиков.

К слову сказать, несколько лет назад схожая ситуация возникла вокруг слов российского президента. 

В 2014 году Владимир Путин на встрече с группой зарубежных раввинов сказал дословно следующее: "Ведь Геббельс же говорил: чем невероятнее ложь, тем быстрее в нее поверят. И он добивался своего, он был талантливый человек".

Ох, сколько криков тогда было по поводу того, что Путин посмел назвать Геббельса талантливым человеком.

Правда, звучали они почти исключительно в социальных сетях и украинских СМИ.

"Настоящая травля": журналист рассказала о травле работников российских СМИ в Латвии

Собственно, если бы слова Соловьева расценил как "глорификацию нацизма" Киев, это бы никого не удивило. Про состояние, уровень и качество украинской государственности всем все давно стало понятно.

Но в исполнении Латвии подобный кульбит до сих пор казался маловероятным. Все-таки при всей многолетней последовательной русофобии Прибалтийские республики довольно тщательно подходили к формальному соблюдению принятых внешнеполитических ритуалов, как бы подчеркивая, что у них тут Европа.

Передергивание же слов в стиле диванных воинов света и принятие на подобной основе государственного решения — это сильное отступление от стандартов дипломатической работы.

Впрочем, учитывая нарастающую украинизацию Запада, это, видимо, было неизбежно. Если уж Штаты, Германия и прочие Британии вытворяют все более удивительные вещи в своей внешней и внутренней политике, тот же путь для Прибалтики был предопределен.

Тем не менее решение МИД Латвии в отношении Владимира Соловьева производит странное впечатление некоторой натужности.

Оно стало очередным в целой веренице недавних откровенно недружественных шагов властей прибалтийской республики в отношении российских СМИ.

Причем интенсивность нынешней кампании заметно превышает привычный уровень русофобии латвийской политики, которая уже неоднократно в прошлом и журналистов выдворяла, и трансляции каналов ограничивала/приостанавливала, и даже полностью запрещала вещание (как это случилось летом прошлого года с группой каналов RT).

Но даже на таком фоне нынешние события — с задержаниями журналистов, с запретом вещания 16 российских ТВ-каналов и теперь объявлением персоной нон грата журналиста — выглядят из ряда фон выходящими.

И заставляют задаваться вопросом о причинах.

Наиболее очевидной кажется версия, что за всем этим стоит попытка латвийских властей получить какую-то нужную им реакцию Москвы. Отсюда и повышающийся градус провокационности — вплоть до бредового.

Боррель: суд Латвии разберется в ситуации с журналистами Sputnik

Но, видимо, необходимый эффект никак не достигается. Правда, неясно, что именно еще может быть нужно Риге, поскольку все идет по привычной схеме: МИД России выражает негодование, российские политики громко возмущаются, Союз журналистов требует пересмотреть принятые решения, медиа довольно активно пишут по теме, ядовито критикуя Ригу. И сверх этого ничего, в общем, быть и не может.

А раз так, то, возможно, действия латвийских властей ориентированы вовсе не на Россию, а в противоположную сторону.

О социально-экономической стратегии государств Балтии традиционно принято отзываться пренебрежительно.

Между тем это не вполне справедливо. Наоборот, в свое время они сделали выбор, который позволял им минимальными усилиями получать максимальные выгоды.

Прибалтика успешно эксплуатировала свое соседство с Россией по достаточно большому числу направлений.

Тут были и транзит, и продовольственный экспорт, и туризм, и вывод-отмыв капиталов, и инвестиционное гражданство (весьма популярное у тех, кому не хватило денег на Лондон или Прагу), и субсидии от ЕС, и помощь США, и многое-многое другое.

Вот только реалии с тех пор изменились радикально. Все Прибалтийские республики находятся в очень непростом положении, но хуже всего ситуация сейчас именно у Латвии. Она первой из трех подошла к практически полному исчерпанию некогда имевшихся возможностей.

После мощных ударов по сельскому хозяйству, производству продуктов питания, банковской и другим сферам очередь дошла до транспортно-логистической отрасли страны, где ныне царят похоронные настроения: транзит и перевалка грузов из России за предыдущие два года упали радикально, поскольку перенаправлены на отечественные порты. Ну а про туризм в условиях пандемии можно просто не упоминать.

Шансов договориться с Россией нет. Латвия не может себе позволить не только сделать реальные шаги навстречу восточному соседу, но даже хотя бы чуть смягчить ожесточенность своей антироссийской риторики.

Достаточно вспомнить, как негативно и возмущенно отреагировал МИД республики на письмо, направленное в ноябре латвийским же Министерством сообщений в Москву с просьбой помочь остановить падение грузопотока.

Случаи притеснения журналистов и российских СМИ в Балтии

То, что за посланием стояла судьба целой отрасли национальной экономики, политиков и дипломатов, очевидно, не волновало.

Соответственно, единственное, на кого остается республике уповать, — на геополитические силы, находящиеся западнее.

Вот только там тоже все не просто: внутренние склоки, политические и экономические потрясения, природные катаклизмы и все та же пандемия.

В таких обстоятельствах никому просто нет дела до маленьких загибающихся стран на восточной окраине Европы. Да еще и ЕС стоит на пороге кардинального сокращения субсидирования своих "младших" членов.

А значит, у Латвии нет иного выхода, кроме как попыток максимально громко напомнить о себе в надежде, что "там" заметят, вспомнят и протянут руку помощи, хотя бы небольшой. Ведь вот же она — крошечная республика, грудью вставшая первой линией обороны против агрессии, пусть пока только информационной, Кремля.

Однако, похоже, запрет сразу множества российских телеканалов не произвел задуманного впечатления на тех, кто должен был этим шагом вдохновиться на весомую и реальную поддержку Риги.

Так что далее был использован еще более скандальный повод: наказание объявлением персоной нон грата известного российского журналиста — и не за что-то там, а за "глорификацию нацизма".

По эту сторону границы остается только с интересом наблюдать, что будет пущено в дело следующим, если и это не поможет латвийским властям привлечь внимание.

Мнение автора может не совпадать с позицией редакции.