В Хасавюртовском районе вода стоит уже несколько недель — этой весной села топило дважды. Люди делают все возможное, чтобы предотвратить очередной удар. Спасатели вместе с добровольцами прочищают каналы и откачивают воду из дворов. О том, как борются с последствиями стихийного бедствия, — в репортаже Марии Марикян для РИА Новости.
"Ответа никакого"
"Мы с 2013-го пишем обращения республиканским властям, чтобы нам укрепили береговую линию — расчистили, сделали защитный вал. Ответа никакого не было все эти годы. И вот итог", — говорит Эльбрус Тавбулатов, житель и депутат села Адильотар, которое больше всего пострадало от паводков в Хасавюртовском районе.
По обе стороны дороги — зеркальные отражения просевших и разрушенных домов. Вода сходит постепенно, но без спецтехники не обойтись. Еще в ночь с 27 на 28 марта река Акташ вышла из берегов и начала топить огороды. Постепенно пробиралась вглубь и под утро накрыла все село.
Эльбрус показывает место, откуда стихия перекинулась на населенный пункт. Сейчас здесь бульдозерами возводят вал. Жители укрепляют берег мешками с щебнем и песком — временная мера на случай очередной волны.
"Тут настолько все размыло, что берега не видно. Сейчас обустроить все нам помогают добровольцы из соседних сел, подключились и спасатели, — объясняет Эльбрус. — Каждый год мы в зоне риска. Как только снег в горах тает, река поднимается до критического уровня. В этом году зима снежная выдалась, плюс проливные дожди".
Передвигаемся по селу в резиновых сапогах, но, чтобы попасть во дворы, их недостаточно — нужны сапоги-заброды. На дне осел ил вперемешку с мусором и глиной. Ходить нужно аккуратно, нащупывая твердую почву. Один неосторожный шаг — и грязевая жижа засасывает обувь, удержать равновесие тогда сложно.
"Пригласить домой не могу, чай предложить тоже", — шутя зазывает к себе во двор Рустам. Его дом с виду цел, на фундаменте характерная отметка максимального уровня воды. Если присмотреться — стены просели, покрылись трещинами и набухли.
"Удержался благодаря крепкой штукатурке и бетонному каркасу. Строил его в 1979-м. Недолго ему осталось, скоро рухнет. Вот единственная уцелевшая комната, тут вода поднялась всего на десять сантиметров. Здесь я пережидал пик наводнения. Семью отправил на эвакуацию, сам же остался", — рассказывает Рустам, показывая кухню, куда складывает сохранившиеся вещи. В нос бьет резкий запах сырости и плесени.
Рядом — обвалившийся родительский дом 1960 года постройки. В таком же состоянии летняя кухня. Дома саманные — из смеси песка, соломы и глины. "Зимой удерживает тепло, летом прохладу. В наших краях у многих такие строения, в горах они очень распространены, поскольку достаточно прочные. До тех пор, пока не пришла вода…" — говорит Рустам.
"Вода — по пояс"
На соседней улице Анай сгребает лопатой глину со двора, откуда сошла вода, на подтопленную дорогу. "Это дом тети, он из шлакоблока — уцелел, но предстоит ремонт. Год назад они только заселились, столько вложили в него, экономили на всем, — женщина переводит дух, стоя в грязи по щиколотку. — Напротив дом свекра, где жили и мы с мужем".
Вечером 27 марта вода начала подступать, многие местные не придали значения, поскольку село и раньше подтапливало: в 2002 и 2005 годах вода поднималась на 10-20 сантиметров. И в этот раз жители Адильотара и соседних сел были уверены, что будет так же. Однако получилось иначе.
"Ночью мне было уже по пояс. Я со свекром не хотела уезжать, но муж начал ругаться: "Зачем нам этот дом, если нас самих не станет?" И опасались за нашего десятимесячного ребенка. Еле выехали, течением машину носило из стороны в сторону".
Всю ночь местные своими силами организовывали эвакуацию. Участвовал и Эльбрус: "Спасибо главе района, откликнулся оперативно и отправил технику. На "Урале", за рулем которого был Джабраил, мы отправились собирать оставшихся. Под утро уже ездить стало невозможно — мы сплавлялись на лодках, эвакуируя в основном пенсионеров, которые поначалу отказывались покидать дома".
Анай и ее родные поселились у близких. Для тех, кому некуда идти, в соседнем селе развернули пункт временного размещения. Многие верили: пара дней — и можно возвращаться. Но 5 апреля на Дагестан обрушились проливные дожди — и затопленные села накрыло второй волной. С каждым днем шанс спасти что-то из имущества все меньше.
Пострадавшим от паводка положены выплаты: единовременная — 15 675 рублей, при частичной утрате имущества — 78 735, а при полной — 156 750. Анай отмахивается: "Эти суммы едва ли компенсируют то, что мы потеряли. Но видя, в каком положении все кругом, можно только сказать: спасибо Аллаху, что живы! Все остальное наживем".
"Личная инициатива"
На заправке у въезда в село развернут штаб МЧС. Работают не только дагестанские спасатели — приехали и из других регионов. Рядом с брезентовой палаткой толпа добровольцев — ждут информацию, где именно нужна помощь.
"От жителей поступают разные просьбы. Сперва, например, просились обратно домой, чтобы забрать личные вещи и документы, — доставляли людей на лодках. Затем вместе с добровольцами расчищали улицы от мусора, подключились и сотрудники Росгвардии. Сейчас нужно помочь с откачкой воды, — перечисляет на ходу начальник поисково-спасательного подразделения МЧС в Хасавюртовском районе Казум Гаджиев. — На данный момент при поддержке волонтеров укрепляем русло реки. Обратите внимание: вода быстрее сходит на стороне села, которая чуть выше, а та, что в низине, еще подтоплена. Сделали прорези, чтобы вода ушла в реку естественным образом побыстрее…"
Разговор прерывает местный житель Руслан — жалуется на запах газа. Казум отправляет на место сотрудников выяснить, в чем дело. На разведку идут спасатели из Ставропольского края. По дороге рассказывают, что в Дагестан выехали 5 апреля, когда из-за обильных осадков прорвало дамбу Геджухского водохранилища. И сразу подключились к поисково-спасательным мероприятиям.
"Как только поиски погибших завершились, приступили к другим работам: помогали разбирать завалы, убирали мусор", — объясняет Тимур. Потом отряд перебросили в Хасавюртовский район. "Наша основная задача — обеспечить эвакуацию при паводках, все средства для этого есть. Мы под это заточены и обучены. А подомовые обходы и помощь — это уже наша личная инициатива", — добавляет его коллега Владимир.
Через зияющую дыру в стене обвалившегося саманного дома спасатели пробираются к месту, где пробило газовую трубу. "Вот такие вторичные факторы, как обрыв электричества, газа, могут навредить при ликвидации последствий", — говорит Владимир, заделывая отверстие в трубе, чтобы устранить утечку. Это временная мера — как только вода со двора сойдет, вызовут газовую службу.
Группы МЧС рассредоточены по всему селу. Одна из них расчистила сточную трубу от мусора и глины. "С помощью поплавка протянули сначала веревку, подцепили трос, к нему — автомобильную покрышку. Затем трактором протянули через трубу, чтобы вода с основного канала уходила дальше вдоль речки", — рассказывает начальник подразделения Северо-Кавказского регионального поисково-спасательного отряда МЧС России Сергей Алехин. — В этот канал стекается вода со всего села. Уровень воды заметно меньше, чем пару часов назад, когда мы только приступили".
В ста метрах от них еще одна группа — мотопомпой высушивают очередной двор. "Уже сорок тонн выкачали, — уточняет Исламхан Кочкаров, начальник поисково-спасательной службы селения Эндирей. — Еще пару часов — и хозяева смогут приступить к уборке. А мы отправимся на следующий адрес".
Невдалеке спасатели подразделения МЧС Хасавюртовского района забивают мешки песком, загружая один прицеп за другим. В процессе объясняют: сперва их вызвали в Махачкалу — с ночи 28 марта из-за обильных паводков город серьезно затопило, потребовалась эвакуация сотен людей.
"Три дня там — потом прибыли сюда. Часть села на тот момент была эвакуирована, мы же отправились в труднодоступный район спасать оставшихся", — говорит Дадай Акгезов.
Многие тут занимаются животноводством, спасатели вызволяли и скот. "Некоторые животные забрались на вторые этажи домов, — вспоминает Амирбек Ферзалиев. — Телят, кур и ягнят кормили сеном и кормом, потом и их вытаскивали. Скот местные пока пристраивают на соседские фермы. Не все, конечно, выжили — трупы животных вывозили грузовиками".
Каждые утро и вечер Казум Гаджиев фиксирует отметки уровня воды в разных частях села. "Сегодня — минус 15 сантиметров, — проговаривает вслух, внося запись в таблицу учета. — В сравнении со вчерашним дежурством уже значительно лучше".
"Помощь со всей страны"
В соседнем Кадыротаре прямо в мечети развернули пункт помощи. Продуктовые наборы, бытовая химия, одежда — здесь нуждающимся подберут необходимое по запросу. "Мы, жители этого села, тоже пострадали, но не так, как наши соседи из Адильотара, — говорит Зарема. — Вчера приезжали представители районной жилищной комиссии. Фиксировали повреждения. Будем ждать, что скажут. А пока разбираем и фасуем грузы, которые поступают со всей страны".
Работа кипит с раннего утра до позднего вечера. Волонтеры, спасатели и сотрудники отвлекаются разве что на обед и намаз. Рядом со штабом МЧС три казана — готовят плов, уху, варят мясо. Это инициатива Шамиля Джамалудинова, главы села Первомайское Хасавюртовского района, что в 50 километрах от затопленного Адильотара.
"Горячее минимум на полторы тысячи человек для местного населения и всех, кто приезжает помогать. Тридцатого марта, к слову, мы находились в зоне СВО, куда регулярно выезжаем с 2022-го. Где мы только не были — и в Турции после землетрясения, и в Египте принимали пострадавших из сектора Газа, и все приграничье объездили… — спешно перечисляет Шамиль, протягивая порцию горячего плова. — Как нагрянула беда у нас дома — тут же приехали".
Со дня на день он с командой отправится в Мамедкалу. Как только в Адильотаре вода сойдет, подключится к восстановительным работам.
"Думаю, вы не против, если мы возьмем на себя расходы по восстановлению мечети? — обращается Шамиль к имаму села, тот, в свою очередь, одобрительно кивает. — Надеюсь, и власти одобрят нашу инициативу. Вся страна сейчас с нами, и помощь идет от всех, независимо от национальности и вероисповедания, за что мы очень благодарны".
К вечеру работы стихают, местные разъезжаются по родственникам в другие поселки. Спасатели отправляются на отдых, чтобы с рассветом снова заступить на дежурство — пока действует режим ЧС, они будут помогать приводить в порядок село, чьи жители хотят как можно скорее вернуться домой.