18:02 04 Июня 2020
Прямой эфир
  • USD69.02
  • EUR77.32
В Абхазии
Получить короткую ссылку
Абхазия: путешествие во времени (46)
2877113

Сухум аристократичный… Да, и под таким ракурсом можно взглянуть на столицу Абхазии. Сегодня речь пойдет о сухумских домах и виллах княжеской фамилии Чачба, потомков владетельных князей Абхазии.

СУХУМ, 7 ноя — Sputnik, Арифа Капба. Маленькие, но всегда изящные, небольшие, но фактурные и привлекающие взгляд, ну и, конечно, огромные дома с пышной архитектурой – все дома Чачба раскинуты в самых разных частях города.

Сухум аристократичный… Да, и под таким ракурсом можно взглянуть на столицу Абхазии. Сегодня речь пойдет о сухумских домах и виллах княжеской фамилии Чачба, потомков владетельных князей Абхазии.

Городская больница им. Остроумова.
© Sputnik / Томас Тхайцук

Пожалуй, главным "чачбовским" домом в Сухуме можно считать довольно известную среди горожан "Виллу Чеми". Ее хорошо видно на холме, если смотреть с Красного и Белого мостов. Двухэтажное белое здание, отличающееся большим доминантным округлым окном на втором этаже, по своей архитектуре относится, скорее, к стилю модерн. 

Чеми —  так звала маленького Георгия, сына последнего владетельного князя Абхазии Михаила Чачба-Шервашидзе, его няня, грамотная и уважаемая в роду  женщина Кесария Чачба-Шервашидзе. Свое детское прозвище Георгий Михайлович пронес через годы  и, когда в Сухуме строил себе виллу, приказал строителям написать прямо на ее стене "VILLA TCHEMY". Надпись существует и сейчас.

Георгий Михайлович, старший сын последнего владетельного князя Абхазии, родился в селе Лыхны. Мальчик получил домашнее образование, затем его, как было принято в то время, отправили к кутаисскому генерал-губернатору для дальнейшего обучения, и вроде в жизни князя по крови должно было все складываться хорошо, но у истории свои законы. В 1864 году упраздняют Абхазское княжество, владетелю и его семье запрещают жить в Абхазии, они подвергаются всяческим гонениям. Восемнадцатилетний Георгий Михайлович тоже оказывается во всей этой заварушке, какое-то время он оказывается проводит в ссылке в Оренбурге, где испытывает всякого рода трудности, в том числе и финансовые. 

Далее в судьбе этого человека было еще  многое: и дружба с будущим Российским императором Александром III, что позволило ему стать флигель-адъютантом Александра II, и избрание на роль предводителя дворянства Кутаисской губернии, и письма самому императору с просьбой "разобраться над всей его жизнью и судьбой" и решить, в чем именно он изменил долгу и чести, что его постоянно гнали и не разрешали жить не то, чтобы в Абхазии, но и на всем Кавказе. 

"Окажется, что я когда-либо изменил долгу присяги и чести, велите казнить меня," — писал императору князь Чачба. Но сколько бы ни старался Георгий Михайлович вернуться жить на свою родину, в Абхазию, удалось ему это лишь в 1905 году. 

Когда вся российская империя сотрясалась от революционных потрясений, —пишет профессор Георгий Дзидзария, — почти шестидесятилетний Г.М Чачба-Шервашидзе получает право жить в границах своей многострадальной родины, чем он воспользовался немедленно. Жил поэт почти постоянно в Сухуме".

Красивый, двухэтажный белый каменный дом на одной из сухумских возвышенностей (ныне тупик Ласурия, 5) построил в 1905 году архитектор Франц-Вильгельм Ковальский. Здесь Георгий Михаилович жил вплоть до 1918 года. Он писал много статей о судьбе своей родины, занимался переводами, но, конечно, ближе всего его сердцу была поэзия и литература. Его пьесы "Уходящие тени", "Дым без огня", "Георгий III" были поставлены на сценах различных театров.

Он писал на грузинском и русском языках, но по утверждению профессора Дзидзария, князь равно владел и абхазским, и даже писал на нем. Однако ни одной рукописи на родном языке не сохранилось. По мнению Дзидзария, все они были сожжены и уничтожены, когда подверглась разорению резиденция владетельных князей в Лыхны, а также позднее при сожжении личного сухумского архива Георгия Михайловича.

Во всех статьях, пьесах, стихах чувствуются тоска и смятение, глубокие переживания князя о судьбе родного края и народа. Так он пишет:

Всевышний! Не кори меня,

Если иногда запою с грустью,

Чтобы не отбиться от рода своего,

Отцовскую песню уарада…

Георгий Михаилович Шервашидзе-Чачба.
Public domain
Георгий Михаилович Шервашидзе-Чачба.

После смерти Георгия Михайловича Чачба его дом унаследовал его двоюродный брат – первый профессиональный абхазский художник, сценограф Петербургских императорских театров, участник "русских сезонов" Дягилева в Париже Александр Константинович Чачба.

Это еще одно славное имя в княжеской династии. Отец Александра – Константин, как представитель владетельного дома, также был выслан из Абхазии, его матерью была француженка, пианистка Наталья Данлуа. Долгое время отец будущего живописца лелеял надежду, что оба его сына сделают военную карьеру, окончив Пажеский либо Кадетский корпус, но этим мечтам не суждено было сбыться. Константин Чачба умер, когда Александру было всего семь лет. Его дальнейшим воспитанием занимался отчим, который, впрочем, относился к детям внимательно и сразу разглядел в маленьком Александре стремление к рисованию. 

Так начинается творческая судьба еще одного молодого князя Чачба, который, окончив киевское, затем московское училище, по совету знающих людей отправляется в Париж, в самый центр мировой культуры. Там он попадает в мастерскую к известному мастеру Фернану Кормону, у которого когда-то учились знаменитые Ван Гог, Тулуз-Лотрек и другие мастера. 

Князь Александр Шервашидзе (Чачба).
© Фото : Public domain
Князь Александр Шервашидзе (Чачба).

В жизни Александра Константиновича Чачба было разное – страшной трагедией стала дня него смерть сына Михаила, свои внутренние переживания он отобразил в "Автопортрете", пожалуй, самом известном творении мастера. Был и признанный успех – например, работа в императорских театрах Петербурга с такими метрами, как Головин, Мейерхольд, а затем встреча с Дягилевым, работы сценографом для парижских "русских сезонов".

Шанс приехать в Абхазию и сделать что-то для родной страны выпал Александру Константиновичу тоже в довольно зрелом возрасте. Вместе с женой, актрисой Натальей Бутковской они сумели открыть в Сухуме первую художественную студию и студию актерского мастерства. Занятия проходили в красивейшем месте, как раз неподалеку от "Виллы Чеми", в пансионе Арзамасовой. 

В Сухуме к паре присоединился их друг, известный театральный режиссер, новатор своего времени Николай Евреинов, позже — поэт Василий Каменский. Вместе, пусть и ненадолго, они сумели сделать культурную жизнь города яркой и насыщенной. О том, как это все происходило, можно почитать подробнее в прекрасной книге профессора Станислав Лакоба "Крылились дни в Сухум-кале".

Сухум. Развалины древней крепости. Конец XIX века.
Фото из архива Анзора Агумава

На "Вилле Чеми" Александру Константиновичу довелось жить совсем недолго, его брат Владимир был связан с большевиками, что падало тенью и на Александра Константиновича. В конце концов, им с Бутковской пришлось покинуть Абхазию.

Во время Отечественной войны в Абхазии на "Виллу Чеми" обрушился снаряд. Половина здания представляет собой заросшие деревьями и кустарниками развалины. В доме имеются несколько трещин, фактически он в аварийном состоянии, и это при том, что внутри живут люди. Вилла разделена на несколько частных квартир, в интерьере которых, кстати говоря, сохранились старинные камины, лепка на стенах и потолках и другие интересные вещи.

Этот исторический и архитектурный памятник находится на грани исчезновения, хотя при должном отношении и уходе, мог бы стать прекрасным музеем, настоящим культурным очагом в столице.

Темы:
Абхазия: путешествие во времени (46)
Теги:
архитектура, памятники, георгий чачба, Абхазия, Сухум


Главные темы

Орбита Sputnik