18:51 13 Декабря 2018
Прямой эфир
  • USD66.26
  • EUR75.39
Судебный молоток

Отклонение отвода и медпомощь: прошло заседание суда по делу об убийстве в селе Гумиста

© Fotolia / Andrey Burmakin
В Абхазии
Получить короткую ссылку
125631

Очередное слушание по делу об убийстве жителя села Гумиста Рафика Чолакяна и покушении на жизнь его супруги Людмилы Матосян состоялось в четверг 19 июля. О том, какие ходатайства адвоката не были удовлетворены судом и по какой причине, почему заседание завершилось без обвиняемого, читайте в материале корреспондента Sputnik.

Бадри Есиава, Sputnik

Несостоявшийся отвод

Судебное слушание по делу об убийстве жителя села Гумиста Рафика Чолакяна и покушении на жизнь его супруги Людмилы Матосян, которое произошло в апреле 2017 года, длилось больше семи часов. Ранее адвокат подсудимого Эдуарда Адлейба заявила об отводе всего состава суда и стороны обвинения.

Адвокат Инга Габелая обосновала свое требование тем, что суд удовлетворил ходатайство стороны обвинения о воспроизведении записи телефонных переговоров в нарушении уголовно-процессуального закона и в отсутствие согласия людей, чьи переговоры прослушивались, в то время как защита настаивала на оглашении результатов прослушивания переговоров в закрытом судебном заседании.

По мнению защиты, эти записи телефонных разговоров носили личный характер, и они не должны были обнародоваться в ходе открытого судебного заседания. Более того, она заподозрила прокуроров в заинтересованности в исходе дела.

Судебная коллегия решила, что представленные для исследования аудиозаписи не носили личный характер, и их оглашение в суде не противоречит Уголовному кодексу Республики Абхазия. 

"Таким образом, суд не усматривает нарушений в оглашении вышеуказанных телефонных записей в открытом судебном заседании и, следовательно, нет оснований полагать, что прокуроры заинтересованы в исходе дела", — зачитал окончательное решение судебной коллегии судья Верховного суда Абхазии Роман Кварчия.

Защиты выступила с ходатайством о назначении судебно-технической экспертизы давности документов, приобщенных к уголовному делу. Адвокат аргументировала это тем, что выявила факт подлога и фальсификации со стороны следствия.

По словам Габелая, на стадии исследования документов на одном из судебных заседаний обвинение огласило постановление о признании предметов вещественными доказательствами, датируемые от 18 апреля 2017 года, но при ознакомлении адвоката и его подзащитного с материалами уголовного дела в марте 2018 года этот документ отсутствовал.

"В связи с этим, мы полагаем, что документ был составлен не в то время, которое было указано, а после того как адвокат и обвиняемый были ознакомлены с материалами уголовного дела. То есть после 26 марта 2018 года", — заявила Инга Габелая.

Габелая также подчеркнула, что в качестве доказательства своих слов она может предъявить пронумерованные фотографии каждого листа уголовного дела на флеш-карте.

Так как в Абхазии не проводятся судебно-технические экспертизы, по которым можно определить давность составления документов и когда именно были поставлены подписи, Габелая предложила использовать абхазо-российский договор о взаимном правовом сотрудничестве и обратиться в одно из экспертных учреждений на территории России. Она также добавила, что родственники обвиняемого готовы оплатить все расходы по этой экспертизе.

Прокуроры посчитали ходатайство адвоката необоснованным, так как, уверены они, такие процедуры не могут быть проведены на территории другого государства на основании общего договора о правовой помощи – необходим конкретный ведомственный договор. Другие моменты, смутившие обвинение, были связаны с тем, что эта экспертиза затянет судебное разбирательство и не сможет определить точную дату составления документа.

"Мне также не понятно, как будет направлен сам предмет на исследование. Материалы уголовного дела расшивать не представляется возможным. После того как дело поступило в суд, мы не можем его расшить, изъять оригинал. По логике, надо будет все уголовное дело отправить в Россию для проведения экспертизы. Это нецелесообразно", —сказала прокурор Эльвия Хазириши и подчеркнула, что она категорически против этой экспертизы.

После совещания судебная коллегия огласило принятое ею решение о том, что ходатайство адвоката не может быть удовлетворено, так как изложенные в нем доводы об отсутствии в деле постановления о признании предметов вещдоками на момент ознакомления с делом адвоката и ее подзащитного ничем не подтверждены. Без удовлетворения осталось и ходатайство адвоката о судебно-технической экспертизе.

Техническая ошибка

Сторона защиты обратила внимание суда на то, что в протоколе осмотра, прослушивания телефонограммы был неправильно указан телефонный номер абонента одного из операторов местной сотовой сети, который приходится подсудимому близким родственником. Она также отметила, что эта судебная процедура не проводится по общим правилам, а регулируется частью 7 статьи 186 УК Абхазии, согласно которой при осмотре и прослушивании записей должны присутствовать при необходимости специалисты и те, чьи разговоры были обнародованы. Трактовка этой статьи закона вызвала полемику в зале судебного заседания.

Габелая выдвинула очередное ходатайство о признании недопустимыми доказательствами и исключения их из числа протоколов телефонограмм, составленных в ходе предварительного расследования. 

Разрешение на контроль и запись телефонных разговоров, парировали прокуроры, было дано судом Сухумского района в мае 2017 года. Что касается неточности в номере одно из абонентов, сторона защиты объяснила это технической ошибкой следователя.

"Более того, в Уголовном процессуальном кодексе Абхазии нет императивной нормы, согласно которой обязательно участие лица, чьи телефонные переговоры прослушиваются. Права обвиняемого нарушены не были, и он ознакомился со всеми материалами уголовного дела", — отметила Хазириши.

Прокурор попросил суд приобщить к материалам уголовного дела письмо на имя начальника службы госбезопаности оператора сотовой связи, в котором следователи просили сообщить, созванивались ли абоненты, фигурирующие в судебном процессе, и кому принадлежит телефонный номер, который был указан по ошибке. 

Руководство этой компании ответило на запрос следователей и подтвердило, что абоненты, чей разговор был представлен в суде, созванивались 11 мая 2017 года в 17:27. Звонков с номера, который был, по словам прокурора, ошибочно включен в материалы уголовного дела, не было.

Суд снова удалился на совещание. Подсудимый резко почувствовал себя плохо и стал жаловаться на сильные головные боли. Медики скорой помощи, прибывшие на вызов в зал судебного заседания, измерили Эдуарду Адлейба давление. Оно оказалось сильно повышенным. Сделали укол и порекомендовали покой. В итоге Адлейба увезли в СИЗО поселка Дранда, при котором есть медпункт.

Судебная коллегия совещалась около двух часов. Итогом длительного обсуждения ходатайства адвоката о признании недопустимыми доказательствами и исключения из их числа протоколов телефонограмм, составленных в ходе предварительного расследования, стало то, что судьи его не приняли, ссылаясь на УК Республики Абхазия. 



Главные темы

Орбита Sputnik