08:14 17 Ноября 2018
Прямой эфир
  • USD65.99
  • EUR74.90
Встреча с верховным комиссаром ООН по делам беженцев Садако Огатой в Женеве 1997 год

Анна и Президент: история переводчика

© Фото: Анна Керопян
В Абхазии
Получить короткую ссылку
1007110

Анна Керопян была переводчиком первого президента Абхазии с 1995 года до последних дней президентства Владислава Ардзинба. На самых тяжелых и ответственных переговорах она находилась по правую руку от лидера страны и могла наблюдать, как отстаивал он интересы страны в один из самых сложных периодов абхазской истории.

Асида Квициния, Sputnik

Глаза в глаза

На нашу встречу она принесла альбом. Встречи с представителями мировых держав, тяжелые переговоры, трудные решения, даже шутки. Вспоминали Владислава Ардзинба не столько как президента, а как  человека.

"Это забавная история, смотрите, я сижу во главе стола на месте президента. А сам Владислав сидит по правую мою руку, рядом с ним представители Абхазии, напротив представители  Франции, Германии, США, Великобритании и России. Они были послами в Грузии, и на тот период входили в группу, которая при генсеке ООН называлась "группа друзей Грузии", со временем ее переименуют в "группу друзей генерального секретаря ООН". Но оказалась я там не случайно.  Переговоры были тяжелые, один из послов проводил открытую антиабхазскую политику и ни на одну минуту не переставал гнуть свою линию. Тогда Владислав повернулся ко мне и сказал: "Анна, не могла бы ты сесть на мое место, когда я буду отвечать этому послу, хочу смотреть ему в глаза", — рассказывает переводчица.

Встреча с групой Друзей Генерального Секретаря ООН 1996 год
Встреча с групой Друзей Генерального Секретаря ООН 1996 год

Первая встреча

Знакомство Анны Керопян с Владиславом Ардзинба случилось в 1993 году. Она  возвращалась домой из Москвы с немецкой журналисткой, которая должна была взять интервью у президента.  Было поздно,  Владислав Ардзинба очень устал, но интервью состоялось. Под впечатлением от личности президента Абхазии журналистка Сильбия Ходела покинула Гудауту, а Анна вернулась домой в Сухум.

Следующая встреча состоялась в Москве. Ардзинба должен был встретиться с лордом Эйвбери из Великобритании. Анне позвонил посол Абхазии Игорь Ахба и попросил ее стать переводчиком на этой встрече.

"На встрече обсуждались права человека и вопрос возвращения беженцев в Абхазию. Помню тогда я и поняла масштабы Владислава Ардзинба, и что у этой личности нет границ. Как многие до меня, ушла под таким впечатлением", — говорит она.

Анна работала переводчиком в Москве, в 1995 году она вернулась в Абхазию с той же немецкой журналисткой, снова для интервью с президентом. Анна к этому времени отправила запрос на работу в ООН и ждала ответ.

"После интервью Владислав Григорьевич предложил мне работу.  Я сказала: «Вы знаете, я уже отправила заявку на работу в ООН и жду от них ответа. Он ответил: "Оставьте вы эту ООН, пишите заявление, я принимаю вас на работу. И, конечно, я была горда и счастлива и никакую ООН уже не рассматривала, хотя через неделю они пригласили меня", — продолжает Анна. 

Встреча со специальным представителем генсека ООН Ливиу Бота и главным военным наблюдателем миссии ООН в Грузии/Абхазии генералом Баджва 1998 год
Встреча со специальным представителем генсека ООН Ливиу Бота и главным военным наблюдателем миссии ООН в Грузии/Абхазии генералом Баджва 1998 год

Против всего мира

По словам Анны, это было время, когда весь мир ополчился на маленькую Абхазию. Переговоры шли каждый день, но в любую минуту могла начаться война. Это было время, когда все сильные мира сего оказывали беспрецедентное давление на Абхазию, и необходимо было давать отпор. В такой момент стать переводчиком президента, это взять на себя огромную ответственность.

В.Г. Ардзинба
© Фото : с сайта В.Г. Ардзинба

Были и поездки в Женеву. Несколько раз абхазская сторона покидала стол переговоров, не соглашаясь с документами, заявлениями либо грузинской стороны, либо ООН. Это была форма протеста.

"Несмотря на сложные и ответственные переговоры, как у переводчика, у меня конфузов не бывало. Журналистов я переводила спокойно, но на политических дискуссиях я испытывала волнение, но длилось оно не больше пяти минут. Я видела рядом с собой сильную личность, и немного подражала ему, брала себя в руки, понимая, что нет места волнению и надо брать себя в руки. И вскоре я стала переводить быстро и синхронно. Было очень интересно его переводить. Бывает серая скучная речь, тебе неинтересно, а здесь такого не было. Поднимал такие темы, приводил такие сравнения из истории. И юмору место было, и по фактам, и аргументы", — продолжает она.

Трудности перевода

В документах ООН Владислава Ардзинба не был представлен как президент Абхазии, его статус отмечали, как лидера страны сепаратистов. Институты власти также не отмечались, используя вместо этого фразу "так называемое правительство".

"На одной из встреч с послом Турции Гьюрсеном Бурак, Ардзинба высказал свое недовольство по этому поводу. "Мне кажется, вы нас боитесь", — сказал он. — Вы даже в документах не пишет слово «президент» и пишите лидер, почему вы избегаете этого слова, ведь фактически так и есть". На что посол Турции ответил, на мой взгляд, очень мудро: "Президентов в мире очень много, а лидеров мало, а вы как раз настоящий лидер своей страны", — с улыбкой продолжает она.

Сложные переговоры проходили в 1999 году в Стамбуле. Абхазская делегация встретилась в очередной раз с "друзьями генсекретаря ООН". В делегацию входили Анри Джергения, Сергей Шамба, Сергей Багапш, вел переговоры Владислав Ардзинба. На встрече обсуждался вопрос возвращение беженцев в Абхазию.

Как рассказывает Анна, два часа президент Абхазии приводил причины невозможности возвращения беженцев. Рассказывал об агрессии беженцев к населению страны. И что не может гарантировать безопасность этих людей по возвращении после пролитой крови и геноцида абхазского народа. Речь идти может только о Галском районе.

"Два часа я напряженно переводила и видела, как в сильнейшем напряжении он отстаивал свою позицию. И здесь я хочу отметить роль Сергея Шамба. Он стал поддерживать позицию Владислава, тем самым дав нашему президенту небольшую передышку. Он сказал, что вы не думайте, что это только позиция нашего президента. Это позиция всего народа Абхазии. Просто озвучивает ее наш руководитель. Это важно было показать, потому что грузинские средства массовой информации говорили, что это лидер сепаратистов, что это его настрой, и только его политика, а Сергей Миронович показал, что он — это позиция всего народа", — рассказывает переводчица. 

Приводилось много фактов и аргументов, но ничего не влияло на послов, которые были непоколебимы в своих позициях.  Доводы не помогли, добавила она.

Помимо синхронных переводов, Анна Керопян изучала и переводила документы.

"Владислав Григорьевич мне говорил: "Садись, Анна, вот у меня русский текст, документы ООН, а вот английский. И мы садились, и начинали сверять. Не там поставишь запятую, и смысл меняется, и они всегда какое-то словечко запускали, но Владислав Григорьевич знал эти тонкости, прекрасно владел английским языком и читал все внимательно", —  рассказывает Анна.

По ее оценке, несмотря на сложное время и давление, которое оказывал весь мир на Абхазию, переговоры вели грамотные люди, которые умели отстоять свои позиции и не упасть в грязь лицом.

"Я горжусь тем периодом в своей жизни, я была горда тем, когда с одной стороны со мной рядом сидел Владислав  Ардзинба, с другой — Сергей Шамба. Два интеллектуала, два историка. Сергей Шамба дополнял то, о чем говорил Владислав, поддерживал его на переговорах, так это делал и Анри Джергения. Работали люди, которые прекрасно знали материал и знали, как грамотно отстоять свою позицию", — добавила она.



Главные темы

Орбита Sputnik