Абхазия может войти в "черноморскую семерку"

© Фото : предоставлено Владимиром ЛепехинымВладимир Лепехин
Владимир Лепехин - Sputnik Абхазия
Подписаться
О том, как складывается ситуация в северной части Ближнего Востока, рассуждает директор Института ЕАЭС Владимир Лепехин.

В северной части Ближнего Востока (куда входит и Закавказье) складывается интересная ситуация. Ключевые страны региона все больше ориентируются не на Запад, а на Россию. Более того, те процессы, которые происходят сегодня в Турции, позволяют надеяться, что и эта держава начинает разворот в сторону евразийского выбора.

Что такое евразийский выбор для Турции, как страны НАТО и государства, которое вот уже более полувека стремится стать членом Евросоюза?

Это значит, что Турция может стать самостоятельным игроком на Ближнем Востоке, что было бы естественным для крупнейшего государства региона. (И это предпочтительнее для части турецких элит, группы Эрдогана в том числе).

Это значит, что Турция может преодолеть ту раздвоенность элит, которая  порождает непрекращающееся состояние гражданской войны. (У Турции появляется возможность минимизировать влияние своей "пятой колонны", в том числе — в лице генералитета, который сегодня находится под внешним управлением Пентагона).

Это значит, что Турция может стать полноправным членом формирующейся Евразийской зоны свободной торговли и участником всех евразийских и региональных союзов, включая ЕАЭС. Участие в евразийской интеграции создает возможности для устойчивого развития турецкой экономики на своей собственной базе, а не на платформе МВФ.

Интервью с Лейлой Тания о своем видении внешнеполитической стратегии Абхазии слушайте здесь>>

Это предполагает постепенное сворачивание активностей Турции в НАТО и переход к участию в формировании Евразийской системы коллективной безопасности.

Последний пункт — самый сложный, и западные спецслужбы сделают все возможное, чтобы уничтожить Эрдогана и эрдоганизм как попытку турецких элит обеспечить суверенный путь развития своей страны.

Тем не менее, процесс суверенизации начался, и свидетельством этому стали ключевые события нынешней недели, связанные с серией встреч лидеров ведущих держав региона.

8 августа в Баку состоялась встреча президентов Азербайджана, Ирана и России. 9 августа состоялась встреча Владимира Путина и Реджепа Эрдогана в Санкт-Петербурге. И уже 10 августа президент России встретится с главой Армении Сержом Саргсяном в Москве.

Три важнейшие встречи в течение трех дней с участием ключевых держав северной части Ближнего Востока и все три — с участием России. Что это как не предвестник переформатирования самого "горячего" на сегодня региона мира с резким усилением в нем роли Российской Федерации?

Встречу президентов Азербайджана, Ирана и России в Баку вообще следует считать новой страницей в современной геополитике, открытие которой давно назрело, но тормозилось известными силами, стремящимися контролировать Ближний Восток.

Известно, кто в течение многих лет давил экономическими санкциями Иран, а сегодня пытается таким же способом поставить на колени Россию. Известно и то, кто три недели назад попытался осуществить государственные перевороты в Турции и Армении, дабы помешать началу самостоятельного трансрегионального диалога без сомнительных посредников из-за океана.
Полагаю, что пришло время для формирования на Ближнем Востоке (или, по меньшей мере, в его северной части) новых и самостоятельных форматов межгосударственного взаимодействия: Азербайджан-Иран-Россия, Азербайджан-Россия-Турция, Азербайджан-Армения-Россия, Россия-Турция-Израиль и других, а в перспективе также "кавказской шестерки", "каспийской пятерки", "черноморской семерки" (с участием Абхазии) и других.

Азербайджан, Иран и Россия — три великие углеводородные державы. Объективно они — конкуренты на мировом рынке, и этим фактом пользуются те силы, которые бы хотели контролировать мировой рынок углеводородов в своих интересах, стравливая государства Ближнего Востока и не давая им войти в режим диалога.

С моей точки зрения, первым и главным результатом сотрудничества названных стран при участии Турции должно стать совместное (консенсусное) решение вопросов, касающихся интеграции усилий этих стран в сфере транспортировки углеводородов.

Чрезвычайно важной является координация усилий ближневосточных государств и в вопросах развития транспортных коммуникаций и логистики. В перспективе Азербайджан, Иран и Россия, а также Армения, Турция, Сирия, Израиль, Абхазия, Южная Осетия и ряд других стран региона станут частью единого евразийского рынка (Евразийской зоны свободной торговли), и инфраструктуру этого рынка нужно закладывать уже сейчас.

Элиты Ближнего Востока все больше осознают, что Запад —  не столько источник инвестиций и экономического развития, сколько источник постоянной эскалации войны. И это хорошо поняли не только в Ираке, Ливии, Йемене, Сирии и Иране, но, похоже, начинают понимать и в тюркском анклаве Ближнего Востока.

В недавней статье о причинах и последствиях попытки госпереворота в Турции автор этих строк писал, что "у турецких элит нет выбора — или они согласятся с диктатом США, или попытаются избавиться от него, чтобы перейти к суверенной политике. Группа Эрдогана, судя по всему, выбрала второе".
Сегодня ситуация в мире складывается так, что Турции нет резона биться в закрытые двери разваливающегося Европейского Союза и продолжать обслуживать интересы саудитов и США. При всех своих колоссальных внутренних проблемах, Турция — одна из самых динамично развивающихся стран региона, имеющая право на полноценную суверенность.

Сегодня большинство российских экспертов считают, что главным вопросом, который обсуждали Путин и Эрдоган в Санкт-Петербурге, был вопрос возобновления проекта "Турецкий поток". В действительности, главным стал вопрос о формировании геополитического союза между Турцией и Россией, который уже в ближайшее время способен трансформировать Ближний Восток, а завтра — все евразийское пространство. И трансформировать его в интересах безопасности и экономического развития региона, а не в угоду потребностям Вашингтона, Лондона или Брюсселя.

Итак, в пространстве от России до Египта начинают формироваться предпосылки нового формата обеспечения коллективной безопасности, предполагающего, в том числе, совместное противостояние международному терроризму ряда государств региона с решающей ролью России.

В эту систему вписывается и Кавказ, точнее — все страны кавказского региона за исключением Грузии. Грузия может остаться единственной страной между Россией и Израилем, опирающейся в своей военной доктрине на партнерство с НАТО.

Сегодня Запад стремится расширить территорию своего влияния в регионе, опираясь на систему военно-политического контроля за Турцией (как страной НАТО) и Грузию (как страну, находящуюся под контролем НАТО) и не далее, как три недели назад попытался реализовать грузинский сценарий и в Армении.

В случае удачи переворотов в Турции и Армении Запад обеспечил бы себе присутствие в регионе мощным НАТОвским блоком, предопределив тем самым начало войны в регионе всех против всех — Армении с Азербайджаном, Грузии — со своими бывшими республиками, Турции — с Ираном и Сирией, и одних радикальных исламистов с другими.

Одним из среднесрочных шагов присутствия Запада в регионе стало бы наступление талибов на Таджикистан и Узбекистан и боевиков запрещенной в России группировки "Исламское государство" на Туркмению и Казахстан.

Провал же мятежей в Анкаре и Ереване спутал западным стратегам все карты. И сегодня в регионе начинается диалог, основными участниками которого становятся Россия, Армения, Азербайджан, Турция и Иран — без посредников из Вашингтона и Брюсселя). И чем раньше поймут эту новую расстановку сил и связанные с ней перспективы в Грузии, тем лучше для самой Грузии и Кавказа в целом.

Лента новостей
0